«Сон разума рождает чудовищ»...
Подборка сообщений о “борьбе с педофилией”:

“13 апреля 2006 года суд Уярского района приговорил 22-летнего ранее судимого мужчину к 4 годам и 2 месяцам лишения свободы. Он сожительствовал с 15-летней девочкой, которая родила ему ребенка. 15 декабря прошлого года Боготольским районным судом за интимную связь с 15-летней девочкой к 1 году и 1 месяцу лишения свободы приговорен 20-летний мужчина.
Прокурорские работники, изучив журнал учета посещений гинеколога, получили сведения о несовершеннолетних девушках, ведущих половую жизнь. Во время беседы с ними две 15-летние признались, что по обоюдному согласию вступали в половой контакт с мужчинами 19 и 25 лет.”

А это  судя по всему, ближайшее наше будущее:

“16-летняя ученица одной из школ штата была осуждена за то, что сделала минет 15-летнему однокласснику. В результате “признательной сделки” она получила 5 лет условно и пожизненную регистрацию сексуальной преступницы. С тех пор прошло более 10-и лет, она учится на юридическом факультете университета, но она никогда не сможет работать юристом в штате Джорджия: все юридические конторы расположены в запретных для секс-преступников местах.

Когда в 2005 году 45-летняя жительница столицы штата города Атланта, мать пятерых детей, узнала, что ее 15-летняя дочь беременна от 17-летнего мальчика, вместо того чтобы сдать его в полицию, пригласила жить к себе в дом, чтобы совместно воспитывать будущего ребенка. За это суд признал ее виновной как соучастницу совращения собственной дочери. Она получила 5 лет условно и пожизненную регистрацию секс-преступницы. Так как в Атланте нет мест, разрешенных для проживания секс-преступников, она вынуждена была продать свой дом и теперь живет в трейлере на проселочной дороге в полутора километрах от границы города. Ее также лишили родительских прав, отобрали у нее всех детей, и она получила пожизненный запрет на любые контакты со своей дочерью - “жертвой совращения”. Если она напишет своей девочке письмо, она получит от 10 до 30 лет тюрьмы за нарушение регистрации сексуального преступника.

В 2006 году 18-летний ученик 12-го класса школы Джошуа Виднер получил 20 лет тюрьмы за секс с девятиклассницей. Он получил минимальный срок: 10 лет без права на условно-досрочное освобождение за оральный секс (почему-то именно за оральный секс УДО не допускается) плюс 10 лет с правом на УДО за вагинальный. Только отсидев 15 лет, он сможет подать прошение об условно-досрочном освобождении. Этому мальчику крупно повезло: в том же 2006 году была принята поправка, по которой он получил бы 35 лет и смог бы выйти условно-досрочно только через 30 лет.”

Пятнадцатилетняя девочка в Огайо обвиняется в распространении порнографии, представляющей собой ее же собственные фотки, которые она переслала по мобиле. Теперь ей двадцать лет отмечаться. По утверждению местного прокурора, у него в производстве еще двадцать подобных дел.
Это, впрочем, не рекорд. Есть и шестилетние.

По материалам: http://www.duralex.org/category/kriminologiya/seks/
Проверка предположений о характере сексуальной эксплуатации детей на основе неклинических случаев

Документ, представленный на симпозиум, спонсором которого выступает Паулус Керк (Paulus Kerk) Роттердам, Нидерланды, 18 декабря 1998 года
Брюс Райнд, Ph. D, отделение психологии Университета Темпл;
Роберт Баусерман, Ph. D., отделение здоровья и душевной гигиены, штат Мэриленд,
и Филип Тромович, Ph. D. (кандидат), Высшая школа образования, Университет Пенсильвании.

Пересмотр категории «СЭД»


В начале нашего труда, мы обсудили проблемы, которые касаются термина сексуальная эксплуатация детей. Сейчас самое время вернуться к этой теме в свете эмпирических данных, которые мы только что представили. Эти данные сильно поддерживают то мнение, что маркировать повторное изнасилование маленькой девочки  инцест и добровольную сексуальную связь между зрелым подростком мужского пола и взрослым не родственником, как СЭД  неправильно (ошибочно), поскольку «эксплуатация» означает вред для индивида.

Эмпирические данные, основанные на обобщенных выборках, которые мы представили ясно предполагают, что только первый из указанных сценариев скорее всего причинит вред индивидууму. Второй же случай является «эксплуатацией» только потому, что входит в противоречие с современными социальными нормами.

Что проблематично, так это использование термина СЭД во втором случае, используют ли его СМИ, законодатели, или профессионалы в области душевного здоровья, ассоциируя вред личности с нарушением общественных норм. Это, в свою очередь, неправильно усиливает представление, что подросток в таком эпизоде, действительно был эмоционально и психологически поврежден. В этом случае подростка выставляют жертвой и обращаются с ним, как с жертвой, что может стать самореализующейся программой и подросток станет жертвой, как и предполагалось.

Реальность шаблонных эффектов хорошо подтверждена в психологии и социологии. История взглядов на секс, дает множество тому примеров. На мастурбацию раньше навешивали ярлык «самоэксплуатации» после того, как в XVIII веке швейцарский целитель Тиссо трансформировал ее из моральной проблемы в медицинскую. С середины 1700-х до ранних 1900-х медики, в основном, были представлены целителями, которые верили, что мастурбация приносит кучу несчастий  от прыщей до летального исхода. Мастурбацию в 1800-х в Америке видели настолько деструктивной, что изобретатели создавали клетки с замками и ключами, чтобы удержать детские руки подальше от гениталий, мальчики подвергались обрезанию почти повсеместно, так чтобы им не приходилось мыть свою крайнюю плоть и тем самым потенциально «эксплуатировать» себя, а такие целители, как Дж.Х.Келлог создавали продукты, например, хлопья Келлогга, чтобы защитить мальчиков от вовлечения в «самоэксплуатацию».

Бесчисленное количество людей испытывали боль вины за это и были смертельно запуганы возможностью развития какого-нибудь заболевания или отклонения. К примеру, знаменитый сексолог Хэвлок Эллис отыскала случай респектабельной замужней женщины, которая участвовала в движении за общественную чистоту. Читая брошюру о мастурбации, она осознала, что когда-то по простоте душевной этим занималась. По замечанию Эллис: «Полное отчаяние и безнадежный гнев этой женщины перед лицом того, что она считала моральным крахом всей ее жизни,  трудно описать».

Сексолог Альфред Кинси полвека назад жаловался, что научные классификации сексуального поведения в его дни были основаны на теологии, а не на биологии. В 1952 в первом издании (диагностического и статистического) Перечня умственных отклонений Американской ассоциации психиатров, известном как DSM  сексуальное поведение, такое как мастурбация, гомосексуализм, fellatio, cunnilingus, и сексуальный промискуитет были перекодированы как патологические  как формы умственных заболеваний. Бесчисленные гомосексуалисты страдали, поскольку их желания были маркированы медиками и обычной публикой так же, как извращения. Конечно, история отношений к сексу показывает, что навешивание ярлыков на виды сексуального поведения, в общем, основывалась на морали, а не науке, даже тогда, когда ярлыки использовали не обыватели, а сами ученые, и что навешивание ярлыков может иметь негативные последствия.

В науке «эксплуатация» подразумевает, что вред скорее всего вытекает из поведения. Результаты для студентов колледжа мужского пола, у которых был опыт, определенный как СЭД, высвечивает проблематичную валидность придуманной сексуальной эксплуатации детей, как это определено и по-прежнему фигурирует в профессиональной литературе. Для этих субъектов мужского пола: 37% оценили свой опыт СЭД, как позитивный, на тот момент, когда это произошло. В двух исследованиях, в которых задают вопрос о позитивном эффекте, от 24% до 37% рассматривают СЭД опыт, как позитивное влияние на их сексуальную жизнь теперь. Важно отметить, что лица мужского пола, которые добровольно участвовали в своих СЭД эпизодах, психологически адаптированы также хорошо, как и контрольные субъекты. Позитивные данные о последствиях и влиянии, вместе с нормальной адаптацией добровольных участников научно не совпадает с классификацией этих учащихся, как эксплуатируемых. Их опыт не был связан с вредом, и похоже нет никаких научных причин ожидать такой связи. С другой стороны, меньшинство лиц мужского пола действительно сообщили о негативных реакциях и негативных эффектах, которые они в себе заметили; более того, СЭД без желания связан с проблемами в адаптации. Для таких студентов термин «эксплуатация» кажется куда более подходящим.

Некоторые исследователи задавались вопросами по поводу своих определений СЭД, после получения результатов. Например, Фишман определил сексуальную эксплуатацию мальчиков по большей части на основе разницы в возрасте (это секс между мальчиком 12 или меньше лет и кем-либо, кто, как минимум, на 5 лет старше, или мальчиком 13-16 лет с кем-либо, кто, как минимум, на 10 лет старше); установление таких возрастных различий означает значительное противоречие между зрелостью развития и знанием, чтобы выявить, кто жертва. Он обнаружил, что мужчины с СЭД опытом в его исследовании не отличались от контрольной группы по степени адаптации, и что они отмечали большой спектр реакций на свой опыт СЭД (по большей части позитивный или нейтральный). Более глубокие интервью подтвердили и выработали количественные обнаружения, что привело Фишмана к тому, чтобы задаться вопросом относительно своих оригинальных мнений. Он отметил, что истории мужчин отличаются от универсальной уверенности о влиянии несоответственного сексуального опыта на детей, и установил, что «ограниченное определение, спроецированное на чей-либо опыт, совершенно ничего не меняет в реалиях этого опыта для конкретной личности». В заключении Фишман высказался за использование более нейтрального языка вместо ярлыков, таких как «эксплуатация», «жертва» и «приставание» (домогательство)» и т. д., за использование эмпирических феноменологических критериев в концептуализировании ранних сексуальных связей, вместо использования юридических или моральных критериев.

Данное обсуждение не означает, что категория «сексуальная эксплуатация детей» должна быть отменена, но только то, что она должна использоваться менее дискриминационно, для достижения большей научной валидности. Ее использование с научной точки зрения более оправданно, когда ранние сексуальные эпизоды происходят не по желанию и переносятся негативно  сочетание, обычно встречающееся, например, в случаях инцеста (отец  дочь). В общем же, исследования из обзора колледжских студентов предполагают, что социо-юридические определения СЭД имеют больше научной ценности в случае с девочками-детьми и подростками, и показывают большее количество негативных и нежелательных инцидентов в случае девочек. Тем не менее, поскольку некоторые женщины оценивают свой ранний опыт, как позитивный, не определяя себя в качестве жертв, и не проявляя психологических нарушений, важно быть осторожным в определении «эксплуатации» для обоих полов и пытаться объективно (оценивать) понимать этот сексуальный опыт.

Неклинические примеры секса между мальчиками и взрослыми

Перед тем, как мы провели два количественных литературных обзора, которые мы только что обсудили, мы провели наш собственный качественный литературный обзор. Мы собрали воедино все исследования, посвященные сексуальному опыту мальчиков со взрослыми, основанные на неклинических случаях. Смысл в проведении такого исследования  двойной. Во-первых, предыдущие ученые, обозревающие литературу, в большинстве своем либо опускали сексуальный опыт мальчиков со взрослыми, фокусируя внимание на опыте девочек, либо просто выводили, что опыт мальчиков такой же, как и у девочек. Во-вторых, предыдущие обозреватели, когда они все же уделяли внимание сексуальному опыту мальчиков со взрослыми, концентрировались на клинических случаях. Эти недостатки показывают необходимость сконцентрироваться на опыте мальчиков со взрослыми, в особенности, во внеклиническом населении. Мы хотим вновь подчеркнуть, что для достижения объективного (валидного) понимания этого вида секса, или любого другого вида, мы не можем целиком опереться на клинические случаи, из-за огромного количества проблем, которые мы ранее обсудили в этом исследовании.

Всего мы выбрали (локализовали) 35 полезных исследований для анализа. 16 из них базируются на колледжских выборках и 4 основаны на национальных выборках. Эти исследования также включают два наших мета-анализа. В оставшихся 15 исследованиях используются выборки, полученные различными путями. Несколько основаны на выборке из сообщества; другие  на ответах на отпечатанные бланки; тогда как третьи  на персональных разговорах с опрашиваемыми; одно основано на ответах на компьютерную анкету.

Последние выборки являются как мы их называем: «выборки по удобству» («удобные выборки»)  в которых используются все доступные способы получить ответ. Эти выборки нельзя считать репрезентативными для населения, также как и клинические выборки. Тем не менее они предоставляют другую возможность изучить сексуальный опыт мальчиков со взрослыми в отдельности от традиционного подхода, который сосредоточен на клиническом населении.

Мы уже скрупулезно обобщили реакции и психологические корреляции из национальных и колледжских выборок в мета-анализе. Теперь давайте продвинемся дальше и поговорим о результатах «удобных выборок». Исследование, основанное на компьютерной анкете показало, что 58% мужчин считают свой сексуальный опыт (когда они были мальчиками) позитивным, тогда как 27% считают его негативным. В удобной выборке из Ноксвила, Теннесси 36% мужчин посчитали этот опыт позитивным, 24%  нейтральным, и 40%  негативным. 66% оценили опыт, как не имеющий негативного эффекта на их текущую сексуальную жизнь, тогда как 34% оценили его, как имеющий негативный эффект. Другое исследование, материал которого  гомосексуалисты, взятые из клиник по лечению сексуальных заболеваний,  58% оценивают свой ранний сексуальный опыт, как негативный. В этом исследовании большой процент (50%) был принужден к раннему опыту силой, что может сказываться на более высоком, нетипичном проценте.

В этих трех исследованиях, первое и третье имеют высший и низший уровень преимущественно позитивных откликов, тогда как второе исследование имеет профиль очень похожий на колледжские случаи, обсужденные ранее. Другие «удобные выборки» показывают преимущественно позитивные реакции. Сэндфорт в Нидерландах обнаружил, что 24 из 25 мальчиков, которых он опрашивал, выразили по большей части позитивные эмоции о сексуальном аспекте своих отношений с мужчинами.

У критиков есть тенденция отвергать это исследование, как не валидное по нескольким причинам, одна из которых состоит в том, что мальчики были вовлечены в исследование своими взрослыми партнерами, у которых могли быть и намерения. Многие из этих критиков приходят к мысли, что отношения эти должны быть негативными, заявляя, что на мальчиков надавили, чтобы получить позитивные результаты. Наш обзор исследований в колледжах, также как и данные из других «удобных выборок», только что представленных, ясно предполагают, что значительное меньшинство мальчиков получают этот опыт позитивно, что свидетельствует о валидности данных Сэндфорда. Необычно высокий процент позитивных реакций в его исследовании, возможно, связан с тем фактом, что эти сексуальные контакты случились в контексте дружбы. Другие «удобные выборки» из мальчиков, практикующих секс со взрослыми в контексте дружеских отношений, показывают, в общем, те же результаты. Одно такое исследование было представлено в Англии Фазером Ингремом; другое  в США психологом Тиндаллом.

Исследователи детской эксплуатации всегда приводят случаи из жизни, из случаев исследования, чтобы лучше проиллюстрировать «ужасы секса между детьми и взрослыми». Например, в случае с мальчиками Финкельхор в 1979 в своем докладе по исследованию, основанному на колледжской выборке отметил, что 38% мальчиков реагировали негативно, подразумевая, что большинство, 62% реагировали позитивно или нейтрально. Парадоксально, но для эпизодов случившихся между 12 и 15 годами, Финкельхор осведомлялся только о насильственных случаях, которые несомненно повлияли на процент негативного опыта. Финкельхор не осведомил нас о неотрицательных случаях, но представил несколько примеров негативного опыта. В одном интевьюирующий просит студента сравнить свою детскую связь со взрослым с другим жизненным опытом. Студент отвечает: «Намного более травматичен в то время. Очень беспокоящий. Возможно ничего более беспокоящего в моей жизни не было». Затем интервьюирующий спрашивает, было ли это самой большой травмой в его жизни. Студент отвечает: «О, без сомнения. По большей части потому, что около двух месяцев я этого избегал. Я вполне осознавал где я и с кем я, и группа была достаточно большой, так что он не мог меня выделить, и, вы знаете, это было довольно страшно. «Могу я стать аутсайдером? Безопасно ли это, стать аутсайдером?» Ничего более травмирующего, чем это».

Этот случай ярко показывает, то во что большинство исследователей детской эксплуатации верят, как в типичную реакцию мальчика. Но некоторые, даже в исследовании самого Финкельхора, показывают, что это не типичная реакция. На самом деле существует спектр реакций. Важно также показывать случаи, которые представляют другие типы реакций, чтобы получить полную картину опыта мальчика со взрослым. К сожалению, исследователи СЭД редко, если вообще когда-то поставляют нам нейтральные или позитивные истории. Эффект получается такой, что некритически настроенный читатель может заметить, что большинство реагирует не отрицательно, но (красочность) широта негативных случаев запечатляется в памяти, определяя его восприятие этих отношений.

В психологии это влияние на запечатление  хорошо утвердившийся феномен и к нему относятся, как к широко распространенному эффекту. Яркость этой памяти в свою очередь создает иллюзорную корреляцию, которая в данном случае означает преувеличенное впечатление о связи между сексом между мальчиками и взрослыми и вредом. Чтобы поддержать баланс, мы теперь представим позитивный случай из неклинической литературы, чтобы дать более полную картину того, как могут реагировать мальчики. Это пример от Тиндалла (1978), который собрал 200 случаев исследований отношений между мальчиками и мужчинами, основываясь на своих интервью школьного психолога за многие декады работы. Во многих этих случаях Тиндалл также прослеживает то, как мальчик становится взрослым.

Денвер в 13 лет был изгнан из школы за участие в акте вандализма, за чем последовал побег из дома. Он был средних способностей и читал на начальном уровне. Интересовался машинами и механикой. Денвер достиг зрелости к 14 годам. Он был вовлечен во взаимную мастурбацию своими сверстниками в 13 лет, некоторые из них в сексуальном плане были более развитыми. На 14-м году жизни он начал проводить свободное время у станции техобслуживания, где познакомился с мастером-механиком, которому тогда было 40 лет, женатым и бездетным. Денвер и механик стали проводить свободное время вместе. Во время рыбалки, на привале, на острове, они начали разговаривать о сексе, что привело к тому, что механик вступил с ним в связь, а Денвер помог ему с мастурбацией. Следующие 5 лет взаимные половые связи случались 2-3 раза в неделю. Сексуальная жизнь с механиком прекратилась, когда Денверу стало 19 лет, но близкие отношения продолжались до самой смерти механика.

Денверу теперь 44 года. Он женился и воспитывает двух сыновей. Он и его первая жена разошлись и он воспитал двух мальчиков. Один мальчик пришел в колледж, другой  в тех. школу (ПТУ). Денвер вступил в повторный брак и на протяжении 20 лет является ценным механиком в одной и той же компании. У него положение супервизора (мастера) и он убежден, что его отношения с друзьями-механиками помогут ему достичь своих целей. Он говорит, что одобрит похожие отношения для любого из своих сыновей, если узнает о такой ситуации. Он не выражает никакого желания иметь секс с мужчинами с тех пор, как ему исполнилось 20.

Этот случай резко контрастирует с тем, что привел Финкельхор. Он показывает добровольные продолжительные сексуальные отношения, которые были частью дружбы. Вместо того, чтобы бояться мужчину, как в истории Финкельхора, мальчик в данном случае развил отношения. Он взял механика за образец и успешно стал профессионалом. Случай также показывает, что мальчик был правонарушителем до того, как встретил этого человека. Это вполне соответствует нашему предыдущему замечанию о том, что семейная обстановка, которая влияет на правонарушения, предрасполагает молодых людей к ненормативному поведению, такому как секс со взрослыми, например.

Оба эти случая представляют реальные опыты. Некоторые мальчики реагируют со страхом, как в первом случае. Другие реагируют с удовольствием, как во втором. Много других примеров второго типа можно привести из других «удобных выборок», включенных в наш обзор. Что проблематично, так это то, что исследователи детской эксплуатации, СМИ и обыватели, похоже готовы признать валидность только в первом случае  в случае негативном. Они могут думать таким образом, поскольку им кажется, что позитивные примеры настолько редки, что либо они не достоверны, либо даже если что-то правдивое в них и есть,  они могут быть в сумме своей отринуты, как безотносительные. Но наши данные из большого количества выборок демонстрируют, что позитивные случаи примерно так же часто происходят, как и негативные, таким образом оба типа надо признать. Делать иначе  искажать реальность. Признав, что обе  негативная и позитивная реакция случаются, вопрос смещается к тому, что делает одно отношение позитивным, а другое  негативным.

В 1981 году Константайн представил полезную модель, отвечающую за эти позитивные и негативные реакции. Эта модель утверждает, что два ключевых элемента являются критичными. Первый  детская или подростковая осознанная добрая воля в сексуальном общении. Осознанная добрая воля означает свободу  участвовать или сказать нет. Константайн заключил из своего собственного обзора литературы доступной в то время, что эта добрая воля к участию сильно связана с реакцией: позитивные реакции ассоциируются с добровольными отношениями, негативные следовали за применением силы или за принуждением, или за вовлечением в секс обманным путем.

Второй  это знание молодого человека о сексе. Полное неведение может вести к беспокойству во время или после эпизода; усвоение «конвенциональных моральных негативов» о сексе  а именно, что это плохо или грязно  также может привести к чувству вины или стыда и другим негативным реакциям. Результаты нашего обзора секса между мальчиками и взрослыми основаны на неклинической литературе и соответствуют этой модели. Проявление силы или принуждение в этих исследованиях, которые мы обозревали неизбежно ассоциируются с негативными реакциями, но добровольное участие  нет. Невежество и чувство стыда по поводу секса также связаны с негативными реакциями, но знание о сексе и отсутствие чувства стыда  нет.

                                                                                    Таблица 1
Таблица 2
Пункт добровольности, под которым мы подразумеваем желание участвовать  важен для понимания (сексуальных) гендерных различий в реакциях, которые мы только что описали. Исследователи детской эксплуатации обычно настаивают на том, что добровольность  не является вероятностью, а потому игнорируют этот спектр. Однако настойчивость основана на социо-юридических определениях и на концентрации внимания на «информированную добровольность», которая бывает разной. Простая добровольность  возможность сказать да или нет  которая точно повлечет реакцию. Таким образом существует спектр, на котором нужно сосредоточиться ученым. До развития детской эксплуатационной индустрии некоторые исследователи однако учитывали разные градации обычной добровольности.

В таблице мы видим результаты широкомасштабного исследования, представленного Институтом Кинси в 1960-х. Основываясь на судебных записях, исследователи классифицировали уровни добровольности мальчиков и девочек в сексуальных связях с мужчинами, как: одобряющую, пассивную и протестующую. Как можно увидеть существует большая гендерная разница для детей до 12-ти лет: незначительное большинство (52%) мальчиков реагировали одобрительно и только 13% девочек. С другой стороны женщины сопротивляются в два раза чаще, чем мужчины (80% к 40%). Для детей 1215 лет большинство лиц мужского и женского пола реагируют одобрительно (70%), но опять же сопротивление оказывают в два раза больше женщин, чем мужчин (30%, 16%). Эти цифры из юридической выборки сочетаются с более сильным желанием мальчиков участвовать, и их, в основном, более нейтральном или позитивном реагировании, что было множество раз представлено в литературе о неклинических случаях.

Заключение

Мартин Селигман  в настоящее время президент Американской психологической ассоциации, написал о своем позитивном опыте в 9 лет в 1950-х с распространителем газет, которого он каждый день встречал по дороге в школу. Контакт, который произошел между ними, по замечанию Селигмана, теперь был бы обозначен, как сексуальная эксплуатация ребенка.

Но для него это не было эксплуатацией. Это был первый взрослый, который воспринял его всерьез, который готов был обсуждать с ним мировые темы (взятые из газет, которые он продавал). Селигман написал, что если бы затем вмешались власти и стали спрашивать его об этом человеке, если бы его родители перестарались и заставили посетить терапевта, который бы настоял, что мальчик является жертвой, тогда бы весь опыт целиком стал бы негативным, хотя теперь он остается позитивным и по сей день.

В одной из своих последних книг Селигман сделал обзор нескольких исследований корреляций СЭД и пришел к заключению, такому же, как и у нас, что исследователи душевного здоровья сильно преувеличили вредоносный потенциал СЭД. Он высказался в том плане, что «настало время сделать звук потише» по этому поводу, поскольку теперь он звучит на истерической частоте. Затем он отметил, что дети, с которыми действительно плохо обращаются и которые страдают, требуют большего внимания, им-то и нужно помочь и именно их нужно рассматривать, как жертвы. Но распространять этот взгляд на тех, кто не чувствует себя жертвой, значит стимулировать виктимность, а именно вызывать симптомы, которые не обусловлены реальным случаем.

Мы целиком согласны с наблюдениями Селигмана. Результаты наших обзоров ясно показывают, что убеждения большинства специалистов области душевного здоровья, законодателей, сотрудников правоохранительных органов и СМИ, а также обывателей в том, что сексуальные связи, определенные как СЭД, приносят сильный вред одинаково для девочек и мальчиков  сильно преувеличены. Это преувеличение является частью и подразделением нового типа черно-белого мышления, которое не позволяет существовать такому оттенку, как серый. Это мышление, в свою очередь, подстегивает истерическую реакцию, которая вполне обычна в Америке и началась еще в 1980-х. Один впечатляющий пример  сатанинский секс в детском центре дневного содержания, о котором так много говорили в США 15 лет назад. Чтобы понять основы истерии по поводу сексуальной эксплуатации, основанной на сильно преувеличенной уверенности (предубежденности) по поводу СЭД, давайте рассмотрим некоторые примеры.

В 1983 в Манхэттенбич, в Калифорнии, мать двухлетнего мальчика заявила, что ее сына сексуально использовал в яслях Мак-Мартина некто Рэй Баки, работник и внук владельца яслей. Несколькими месяцами позже ее обвинения стали более чем причудливыми. Она заявила, что ее сына увезли на самолете в другой город, где был сатир. Там Рэй Баки летал по воздуху; его мать была одета, как ведьма и сделала клизму маленькому ребенку; спицы вставляли в уши ребенку и в его язык, ножницы в его глаза. Зверей там обезглавливали; отрезали голову какого-то ребенка и заставили младенца выпить кровь.

Мать двухлетнего мальчика была явно не в себе, но позиция и терапевты не проявили скептицизма. Напротив они бросились расследовать это дело и выяснять, были ли вовлечены другие дети. Родители, перепуганные подозрением, что их дети тоже были жертвами, несколько раз их допрашивают. Полиция и социальные работники опрашивают 400 детей, из тех, что были в яслях Мак Мартина или когда-то в них были. Все дети поначалу отрицают какие-либо случаи эксплуатации. Но социальные работники давят на них до тех пор, пока не добиваются обвинительных показаний от большинства из них, которые включают дикие россказни о похищениях некими темными фигурами, ритуальных убийствах животных и детей и сексуальных оргиях в туннелях под строением яслей Мак-Мартина. Чтобы подтвердить эти обвинения социальные работники вовсю использовали дезинформацию, принуждение, подлог и подтасовку, среди прочих методов. Чтобы получить представление об этих методах и об их силе и эффективности в производстве ложных воспоминаний обратитесь к статье Гарвена и его коллег (1998) в журнале прикладной психологии (том 83, 34359). В конце концов после двух судов, которые продолжались 7 лет и стоили около 20 млн. долларов, что сделало их самыми долгими и разорительными в истории американской уголовной юриспруденции, никаких подтверждений обвинений найдено не было. Тем не менее Рэю Баки пришлось провести 5 лет в заключении, перед тем как добиться свободы.

Возьмем и еще один дополнительный пример. В 1985 в Нью-Джерси, Келли Мичалз обвинили в том, что она третирует своих дошкольников тем, что мажет их маслом земляного ореха, использует также мечи, кровавые тампоны, мочу, фекалии и то и дело угрожает им смертью. Про нее сказали, что она совершила все эти преступления против дюжины детей каждый день в течение семи месяцев в людном месте, причем так, что никто из взрослых ее не заметил и без каких-либо физических улик. Судебное жюри (присяжные) поверили в обвинения; она была осуждена и приговорена к примерно 50 годам тюрьмы. После того, как она провела 5 лет в тюрьме, обвинения были сняты.

Дэил Акини, бывший школьный учитель в Сан-Диего был обвинен учениками младших классов в том, что он приносит в жертву кроликов, убил слона и жирафа, содомизировал детей щипцами для завивки, помещал их в душ и сменой холодной и горячей воды доводил их до рвоты, засовывал их головой в унитаз, принуждал есть фекалии и пить мочу, а также в том, что он убил ребенка и заставил их пить его кровь. Как и в случае с Келли Мичалз, предполагалось, что все это происходило, когда другие взрослые были поблизости и ничего не заметили. И так же как в случае с Келли, не было ни на йоту физических улик. Тем не менее обвинители поволокли его в суд, требуя пожизненного заключения. Но он был счастливее  он был оправдан, проведя всего 2,5 года в тюрьме.

Роберт Келли, совладелец центра по дневному содержанию детей «Литтл Раскалз» в Северной Каролине был осужден по тем же обвинениям в самом длинном и разорительном уголовном судебном процессе в истории, он был осужден и приговорен к 12-ти пожизненным срокам в тюрьме. Его осуждение было отменено после того, как он провел 5 лет в тюрьме.

...В один прекрасный день в 1989 году, собираясь пойти на работу и уже надевая свою форму, Бобби (Tijnje)  голландский гражданин  был арестован в своем доме в южной Флориде по обвинению в домогательстве и эксплуатации детей в сатанинских ритуалах, тех детей, с которыми его нанимали нянчиться. Что делает этот случай незабываемым, так это то, что Бобби было 14 лет в то время... Несмотря на это полиция, СМИ и обвинители не сделали для него никаких скидок. Как Бобби вспоминал позднее, офицер, который его арестовывал  детектив Мартинез сказал ему, пока конвоировал в машину: «Уже перед тем, как я узнал тебя, я знал, что ты виновен. Но теперь, когда я тебя увидел, я точно знаю, что это так!»

Атаки прессы на Бобби не утихали. Вскоре СМИ рассказали, что родители Бобби были членами международного порнографического кружка и что Бобби вовлекал детей в чудовищные ритуалы, которые включали варку ребенка. Обвинители судили его, как взрослого, намекая, что если он будет осужден даже по одному из семи пунктов обвинения, он будет осужден пожизненно и направлен в тюрьму строгого режима, без права на амнистию или досрочное освобождение. Во время суда обвинители сделали все возможное, чтобы сделать из ребенка монстра. Их решимость сделать так, чтобы мальчик умер в тюрьме от старости подтверждается хотя бы тем, что они потратили 3 млн. $ на процесс, что сделала его самым разорительным судом во Флориде.

В итоге, после того, как он провел в тюрьме около двух лет, выдержав 3-месячный процесс, с Бобби были сняты все обвинения. Решающим было свидетельство доктора Стефана Цеси, психолога, специализирующегося на развитии в Корнельском университете, который провел исследование, выбившее почву из-под ног обвинителей, оно показало, как предвзятые люди, задающие вопросы могут имплантировать ложные воспоминания в детей и тем самым вызвать к жизни фальшивое обвинение в эксплуатации. С тех пор его исследование составило основу для проверки бесчисленных случаев детской эксплуатации, в которых обвинялись работники яслей и сиделки по всем Соединенным Штатам. Ответственной за неоправданные обвинения против Бобби была Дженет Рено  теперь верховный прокурор в Южной Флориде. Она была своеобразным крестоносцем за детей, которых касались дела по сексуальной эксплуатации и верила, что сексуальная эксплуатация  это всегда вред и что дети никогда не врут о сексуальной эксплуатации. Ее «майамский метод», который затем так назвали прокуроры по всей стране, заключался в агрессивном опросе ребенка, который использовали и в случае Мак-Мартина. Метод Рено, однако, был более подходящим для того, чтобы посеять «многочисленные семена в сознании детей», (как была названа последняя статья в «Нью-Йорк Таймс»), чем для того, чтобы освежить воспоминания.

Рено лично надзирала за обвинением Бобби (Tijnj). Когда настала пора присяжным выносить решение, Бобби пришлось ждать два с половиной часа и как будто бы слышал, как Рено брала на себя персональную ответственность за обвинение. Благодаря свидетельству Сеси, который показал, как эксперты по детской эксплуатации подделали показания детей, приход Рено в суд был безрезультатным. В последнем интервью с Бобби, которому теперь 20 лет, показанному по американскому телевидению в октябре этого года, Бобби спросили, что бы он сказал Рено сегодня, если бы у него была возможность поговорить с ней. Его ответ был следующим:

Почему вы потратили так много денег, пытаясь обвинить 14-летнего ребенка? Почему пытались засадить 14-летнего на максимальный срок? Почему вы вообще думали об этом, если вы крестоносец за детские права? Рено так и не извинилась за свои агрессивные обвинения, и даже не признала их неправильными в какой-то форме за свои инквизиторские наклонности ее назначили Генеральным...  высшим правоохранительным чиновником Америки. Месяцем позже в 1993 Рено приказала штурмовать общину религиозного культа близ Вако, Техас, при помощи танка и слезоточивого газа, услышав от ФБР, что там происходил секс между взрослыми и девочками-подростками. Все эти девочки также как и другие члены культа, умерли во время этой атаки. В итоге выяснилось, что сообщения ФБР об эксплуатации были необоснованными. Вновь рвение Рено к спасению детей вызвало трагедию.

Эти случаи помешательства  всего лишь некоторые среди огромного количества таких же случаев по США, 1980-х, которые, к сожалению, распространены во всех частях мира, включая и Голландию. Это сумасшествие основано на сильно преувеличенном восприятии того, что СЭД очень деструктивный эффект и что должны быть приняты все меры, без смягчения, чтобы выкорчевать это зло. Эта истерия не ограничилась центрами дневного содержания; в поздних 1980-х движение по освежению памяти набрало силу, основываясь на том, что СЭД настолько травматично, что дети подавляют эти воспоминания, если их просят об этом рассказать. Многие терапевты стали пробовать агрессивный поход к своим пациентам,  в особенности к их детству, в поисках спрятанных воспоминаний о СЭД. Они верят, что это послужило причиной всех дальнейших проблем пациентов. Используя ту же насильственную технологию в исследованиях в центрах дневного содержания, эти терапевты имплантировали фальшивые воспоминания во многих невольных пациентов. Взрослые пациенты в свою очередь стали обвинять и привлекать к суду своих родителей, разваливая семьи. Как оказалось нет никакой научной основы под идеей освежения памяти, просто необузданное желание, которое подхлестывает преувеличение насчет СЭД.

Что касается психологических перспектив, задокументировано, что у детей, которым создали фальшивые воспоминания об изнасиловании в туннелях и содомизировании щипцами для завивки, развились различные патологические симптомы, причем после, а не до, вмешательства защитников детей. Также хорошо задокументировано, что у пациентов, которым восстановили память, дела пошли хуже, а не лучше, после того как началось «лечение». Эти данные о патологиях в случаях с детьми и пациентами ясно отражают эффекты интервенции. Что делает эту проблему еще хуже, это то, что исследователи индустрии эксплуатации детей (используют) ухватились за эти вновь развивающиеся симптомы, как за дальнейшее доказательство, что СЭД следует считать патологией.

В завершение мы бы хотели подчеркнуть, что наше исследование не следует считать защитой СЭД. Но мы также хотим подчеркнуть, что преувеличение природы СЭД неприемлемо, поскольку также значительно усиливает проблему. Очень важно, чтобы социальные представления о поведении, обозначенном как СЭД, были рационально обоснованы, в большей мере, чем эмоционально. Иначе проблемы типа тех, что мы только что обсудили, могут продолжаться. Как сказал социальный критик Гойя в одном из своих скетчей: «Сон разума рождает чудовищ»

Полнй вариант доклада здесь
Социальная истерика вокруг педофилии проявляется по-разному и несет с собой целую вязь всевозможных последствий. И речь не только о том, что, заразившись этой истерикой, общество утрачивает благоразумие: родители невольно калечат своих детей, обыватель взывает к кострам, а государство порождает абсурдные законы. Истерика имеет последствия и в лагере «борьбы за свет и справедливость».
eXTReMe Tracker